vremié proti verémié

Усе вдно не розумію. Uremié є неповноголосий непитомий твар?

»Усе вдно не розумію. Uremié є неповноголосий непитомий твар?«

@Carolina Shevtsova

Ya ne caziõ to tvar ‹urem•› nerœden e u rousscie. Xotcha xuibleaty blizjchi docazui, a blizje docazati e nuinie teagyco, ya pocladaiõ tvarui bez „póunogolóssia“ za „pereidjnerousscui“. Blizje’smi pisau o tœmy ouge na Tolóçie, yzocrema tociuxi „nepóunogolósœi“ tvarui na *-SelS-, *-SolS-, *-SerS-, *-SorS-, iz „nepóunogolóssièmy“ ne pœudennoho ta ne zaxœdnoho slovianscoho razou, tbt. ne na ‹SlaS-›, ‹SlæS-›, ‹SraS-›, ‹Sræs-› (por. d.-bóug. ‹тракъ›, ceix. ‹trák› *tork-, d.-bóug. ‹градъ›, ceix. ‹hrad› *gord-, d.-bóug. ‹врѣмѧ›, xorv. ‹vrijeme› *uertmen, d.-bóug. ‹блато›, ceix. ‹bláto› *bolto, d.-bóug. ‹влащи›, ceix. ‹vléci› *uelkti), ale „nepóunogolósœi“ tvarui iz ‹SлєS-›, ‹SлоS-›, ‹SрєS-›, ‹SроS-› (bóulgariçeiõ) u d.-rous. pameatcax. Móuva e o tvariex, he otó: ‹влєчи› (proti ‹влѣщи›), ‹млєко› (proti ‹млѣко›), ‹троквище› (proti ‹тракъ›, ta por. nuinie rous. ‹torócui›, *tork-), ‹плокати› (proti ‹плакати› : rous. nuinie ‹polócati›), ‹сромѧживъ› (proti ‹срамѧживъ›, por. i rous. ‹sorómeazliu, soróm›), ‹влодь› „hair“ (por. ‹владь› „te same“, por. i rous. ‹volódy› „volóssié“), ‹злото› (por. ‹злато›, ceix. ‹zlato›), ‹вробии› (proti ‹врабии›, ceix. ‹vrabec› „sparrow“, por. rous. ‹(v)oróbeç, (v)oróbely› = „horóbeç“), ‹сломѧ› (proti d.-bóug. ‹слѣмѧ›, nuinie u rous. ‹селемено›, za SIRM ceréz õg. ‹szelem•›, yz starobóug. ci pd.-sl. *‹слѣм•›, ale /slom•/ ne vuiclasti yz d.-bóug. ‹слѣмѧ›, a leadsca tacoge ne znaié yno slovo na *‹słom• / słóm•› za „beam, baulk, girder“ œd prasl. *selm-) i ci malo iesce. Za Xevelevomy, gerélo nagœdnuix tvarœu iz ‹SлеS›, ‹SреS› u rous., cde prasl. tvarui sõty *SelS-, *Sers-, sõty bõdy yz d.-bóug., iz /•ɛ•/ tomou cyto, diey, d.-bóug. vuimóuva ‹ѣ› */æ/ = bie storónsca rousscœy móuvie, a blizjnïy zvõc do /æ/ bie /ɛ/ u rous., abo yz lead., cde ‹e› /ɛ/ u slovax yz prasl. *SreS- (por. ‹brzeg› ← *berg-) bie tacoge prisvoyeno iz /ɛ/, tociuxe, he priclad, ‹treba› : lead. ‹trzeba› : d.-bóug. ‹трѣба› (*/træba/ → rous. /trɛba/). Ta coli tvarui na ‹S/le/S›, ‹S/rɛ/S› iesce idé vuiclasti tac, tvarui na ‹S/lo/S›, ‹S/ro/S› e vuiclasti „d.-bóugairscoiõ“ godie, atge ni dobiexyneiy bóulgairscœy móuvie „nepóunogolósui“ tvarui iz /o/ ne sõty pitimui het'. „Nepóunogolósui“ tvarui sõty, prauda, pitimui leadscœy móuvie, ta u d.-rous. pameatcax e „nepóunogolósuix“ tvarœu iz /o/ tœilco, a deyacam rœunodougui u lead. ne sõty viedomui, tó „leadscuy“ vuiclad mrity bouti ad hoc.
I to tvar ‹uremea›, iz /wrɛ•, urɛ•/ mogé bouti vuicladeno ci tó prosto he cerpanuy veat. ‹время›, ci tó yz d.-bóug. ‹врѣмѧ› iz */æ/ → /ɛ/, a tó i œd seleign serbœu na Uzxodie Oucrayinui u XVIII stl. (por. serb. ‹време›). Ou Suriezneüscoho neyma ‹врємѧ›, ta tó mogé znaciti i prosto oge d.-rous. pameatcui iz ‹врємѧ› nezaxovanui sõty. Tocene ou Grincenca ‹урем’я, уремня, врем’я, времня› (iesce, ou Yavœrniçscoho ‹временни́й› „appropriate, suitable, convenient; favourable“, ‹времени́ти›) e perécladeno/tóucovano znaceignemy slovomy „cies“, a tó u vuirazie „u odinie uremie“ (»He, ta mœy caxely use u ódnœmy uremie stoïty.«) — iz slovomy ‹cies› tac ne caziõty rousscoiõ, ni veatscoiõ, na cœilco ya viemy, receigne iz ‹время› bui ne boulo readno.

Oge nuinie u rousscie e „nepóunogolósuix“ slœu iz /o/ gymenia, mogé móuviti za yix zalixycovœsty yz pereidjnerousscoï dobui, a ne neminõtche o cerpagnie yz lead. ci d.-bóug. ci veat.

Xotcha nepream, ta dosta peréconalen e, pro mene, ucaz na imoviernõ rœdnœsty (zalixycovõ) „nepóunogolósuix“ tvarœu iz /o/ u rous., e œdguib pervchoho ‹o› (bóulgariçeiõ) u slovax yz prasl. *SelS, *SolS, *SorS (a tacoge *elS, *olS, *orS) he /ɔ ~ ɒ/, tacuyge he œdguib silnoho *u → /ɔ ~ ɒ/, proti /o/ ( = [ʷɔ]) ← *o. Sé cazié oge ròzvitoc rous. „póunogolósuix“ tvarœu œd prasl. ne bie preamo *SelS, *SolS, *SorS → /SoloS, SoroS/, ale */SˠloS/, /SˠRos/ → /SɒloS ~ SɔloS/, */SɒroS ~ SɔroS/, a tvarui he /S∅loS/, /S∅roS/ sõty zalixycui tvarœu */SˠloS/, /SˠRos/ (*‹SълоS›, *‹SъроS›).

Тобто це може бути перестав як *orsti → рости, *zоltо → злото (без уставного 'о')? Тоді 'мали би бути свідчені твари *gordъ → грод, *korva → крова тощо

Outratcheno bie tœi tvarui.

@Carolina Shevtsova

»Тоді 'мали би бути свідчені твари *gordъ → грод, *korva → крова тощо“

Ne ‹cróva› ci ‹gród›, ta incha slova sõty viedoma. Gorie’smi tociu pricladui yz d.-rous. pameatoc. Tomou yea i zvano e zalixycui, ne cògyno bo imovierno slovo trualo e.

»Тобто це може бути перестав як *orsti → рости, *zоltо → злото (без уставного 'о')?«

Tac tòcyno. He’my pisau vuisje, data nariecy rousscoï móuvui nuinie, a tacoge pricladui d.-rous. pameatoc, teacnõty oge perébieg bie ne *gord- → izrazou „póunogolós“ ‹goród›, ale *gord- → peréstau *grod-, ale ne iz „lounoiõ“ (zalixycomy) *o iesce yz tvara *gord- — otge *gᵓrod-, a œdtui ouge pac *gᵓrod- → 1) iz *ᵓ he slabe *u (*sunou → /snu/),
*gᵓrod → *grod- — zalixycovo, bœilcheisttiõ vuiguinõuxi, ta 2) iz *ᵓ he dõge *u → /ɔ/ (u *sunu → /sɔn/), stauxi pràvilnomy œd d.-rous. pisemnoï dobui.

ЕСУМ дає "злото", "мрок", "хлоп" за черпане з лядської. Який у Вас є довід, що ці залишки праслов'янської лексики суть рідні руській мові, а не перейняті з инших слов'янських мов?

ЕСУМ не дуже надійне джерело, часто доводи аби було.

Є таке. Та все ж мені цікаво саме як пан Поруш дійшов до такого висновку.

@Carolina Shevtsova

»Та все ж мені цікаво саме як пан Поруш дійшов до такого висновку.«

Vui, viedie, ne cyla’ste use(!) oge pisau eimy vuisje. Yzocrema sé:

»Xotcha nepream, ta dosta peréconalen e, pro mene, ucaz na imoviernõ rœdnœsty (zalixycovõ) „nepóunogolósuix“ tvarœu iz /o/ u rous., e œdguib pervchoho ‹o› (bóulgariçeiõ) u slovax yz prasl. *SelS, *SolS, *SorS (a tacoge *elS, *olS, *orS) he /ɔ ~ ɒ/, tacuyge he œdguib silnoho *u → /ɔ ~ ɒ/, proti /o/ ( = [ʷɔ]) ← *o. Sé cazié oge ròzvitoc rous. „póunogolósuix“ tvarœu œd prasl. ne bie preamo *SelS, *SolS, *SorS → /SoloS, SoroS/, ale */SˠloS/, /SˠRos/ → /SɒloS ~ SɔloS/, */SɒroS ~ SɔroS/, a tvarui he /S∅loS/, /S∅roS/ sõty zalixycui tvarœu */SˠloS/, /SˠRos/ (*‹SълоS›, *‹SъроS›).«

Tocynieye, moya zaverttya vuixodeaty yz badagna givuix „carpatorousscuix“ govorœu Serghiya Nicolayova (Вокализм карпатоукраинских говоров • материалы карпатских экспедиций), a tó:

» Особую проблему составляют гласные 1-го слога последовательностей TorT/TolT. В этой позиции в баниловском говоре представлена фонема <o> (в обычном случае рефлес *ъ): [vɔ́ᵅ̯rọn], [kɔ́rop], [xvɔ́rọst], [ɣɔ́łot], [vɔ́ᵅ̯r’i̊x], pl. [vɔ́ᵅ̯roɣɪ]. Это не может быть случайностью, т. к. соотношение рефлексов, идентичное баниловскому, представлено во всех карпатоукр. говорах, различающих рефлексы неудлиненного *o и «сильного ера».
Судя по этому, формально карпатоукраинские рефлексы прасл. TorT, TolT/TelT восходят к промежуточным стадиям Tъ̻roT, Tъ̻loT (см. выше материал по рефлексам «вставного» гласного «полногласных» последовательностей в виде фонемы <u̯o>).
Видимо, последовательности TorT, Tolt по крайней мере в ю.-западном украинском ареале имели развитие, подобное лехитскому (в польском слова типа złoto первоначально имели вид *zъ̯loto, о чем говорит их морфонологическое поведение [3]), однако укр. *ъ в первом слоге «полногласия» ведет себя как «сильный ер»⁵.
В то же время «вставное» -о- является «не совсем обычным» *о, не удлиняющимся в слогах перед слабыми редуцированными. Видимо, удлинение (cursive script) *o (и *e) происходило раньше падения редуцированных (use u cursive script), одновременно с формированием различия между «сильными» и «слабыми» ерами. Дело в том, что для украинской (и юго-западной белорусской) диалектной зоны характерен полный параллелизм развития исконно кратких гласных, причем выделяются две позиции: 1) сильная — в слогах перед слабыми редуцированными; 2) слабая — в остальных случаях:
Tabliça 2.:
*o — сильная позиция: ō — слабая позиция: o;
*e — сильная позиция: ē/’ō — слабая позиция: e/’o;
*ъ — сильная позиция: ъ — слабая позиция: нуль звука;
*ь — сильная позиция: ь/ъ — слабая позиция: нуль звука.

Следовательно, мы можем предположить, что метатеза ToRT > Tъ̻RoT, TeRT > Tъ̻ReT, произошла после удлинения *о и *е — этим объясняется сохранение о, е (cursive) во вторых «новозакрытых» слогах «полногласных» сочетаний. «

Ліпо, міню Вам!

Чи може тоді слово "член" бути питоме, як і "врем'я"?

Маєте на увазі, що треба для початку іменник зі значенням "минати" (або просто похідне), а тоді вже утворювати мино- ?

Так.